пятница, 11 октября 2019 г.

Образовательное беспамятство. Айзек Азимов «Зачем нужна история науки?»

Пророчества Азимова
Слушая лекцию по фабрикам будущего, я вдруг представила себя снова аспиранткой из 90-х. Будь мне 26 – как восторженно я восприняла бы сегодня новеллы цифровой трансформации! Мне бы казалось, что вот сейчас, на моих глазах происходит техническая революция. Подумать только: вчера ещё проектировали, делали прототип и потом, тратя время и деньги, «доводили напильником», а сегодня создают в цифровой среде, там же испытывают, экономя материалы, деньги и время, и только потом «отливают в бронзе». (Я бесстыже упрощаю, сейчас поймёте зачем). Шаг Прогресса казался бы мне гигантским, как если бы гоминиды, делая его, переходили из пещеры сразу в космолёт. И мне бы по старой доброй русской традиции не пришло бы в голову задуматься: «Что? вот так внезапно и космолёт?».

Как говорил наш заведующий кафедрой АСУ: «Не указывать предыдущие ступени развития [имена, источники, достижения, просчёты, выводы, повороты на развилках и т. д.] — эдакая лёгкая форма вредительства». Мы по юности залипали на последнем слове и потому не могли сосредоточиться на смысле сказанного. Но позднее, те из нас, кто остались в мыследеятельностной среде, с запоздалым ужасом осознали: то, что казалось нам теоремой, является аксиомой. Именно поэтому Азимов начал свою знаменитую [в слишком узких кругах] статью «Зачем нужна история науки?» («Химия и жизнь» №10, 1976) с покаяния. Именно поэтому в Kinsmark нельзя попасть, ничего не зная о Лотмане. И т. д. и т.п.
«Как-то раз, это было много лет назад, я познакомился с одним довольно известным историком науки. Точнее, снизошел до знакомства с ним. С презрительным сожалением взирал я на человека, обреченного, по моим понятиям, прозябать на задворках науки. Его специальность представлялась мне чем-то вроде пожизненной ссылки в отдаленный и суровый край, где едва брезжит свет современной науки. Тогда как я, молодой преподаватель колледжа, уже грелся под прямыми лучами этого солнца.
Что ж, всю жизнь я заблуждался. Но до такой степени - редко. Ведь это я, а не он, сидел на обочине науки. И он, а не я, шествовал по ее столбовому пути.
Меня обманула иллюзия так называемой зоны роста - убеждение, будто все самое ценное в науке сосредоточено на ее переднем крае, а то, что осталось позади, отжило свой век. Но разве это так? Разве юная зелень, каждый год покрывающая дерево, - это и есть дерево? Сама по себе эта зелень - не более чем яркий и привлекающий взоры наряд. Ствол, ветви - вот что придает дереву подлинное величие, оправдывая существование листьев.
Научные открытия, даже самые потрясающие, самые революционные, никогда не возникают на пустом месте. "Если я видел дальше, - сказал Ньютон, - то потому, что стоял на плечах гигантов". Изучение прошлого не только не отрицает научного новаторства, но, напротив, позволяет по-настоящему его оценить. Согласитесь, что постепенно раскрывающийся бутон, каким мы видим его благодаря растянутой во времени съемке, - зрелище куда более волнующее, чем фотография уже распустившегося цветка.
Преувеличенный интерес к зоне роста грозит умертвить самое лучшее в науке, ее душу, потому что подлинный прогресс знания вовсе не ограничен этой зоной. Тому, кто не видит ничего, кроме ростовой зоны, наука начинает казаться откровением, которому не предшествовала никакая подготовительная работа. Это Афина, вышедшая из головы Зевса уже взрослой, в полном вооружении; едва успев сделать первый вдох, она потрясает воздух своим воинственным кличем. Кто осмелится что-нибудь добавить к такой науке? А что если какая-то часть этого блестящего сооружения окажется негодной? Превосходство последних достижений обманчиво, и, когда они рушатся, спрашиваешь себя, как можно было увлечься этой мишурой» Читать больше >>
Дело не в том, что образовательное беспамятство, где говорят только о новейшем, приводит к затруднению обучения, к повторению ошибок или изобретению велосипедов (много чего переоткрывается заново на новом витке прогресса). Беда, если идущий вперёд не умеет оборачиваться назад. Промахнувшись с поворотом на развилке, он упорно идёт не туда и не способен это осознать.

Любой автомобилист разворачивается (если ошибся на немного) или ищет, как срезать, если от верной дороги улетел слишком далеко. Но если он не фиксирует в памяти историю своих поворотов, то вы его, сидя на пассажирском кресле с картой в руках, ни в чём не убедите. Карта – это визуализация опыта предшественников, а они ему не указ. Его субъективный опыт может приструнить только безоговорочный авторитет пассажира (и как же тут не припомнить принципы, по которым выбираются авторитеты...

Невозможно объяснить избирательно обученному, почему управление изменениями по Адизесу хорошо для теории, для заполнения лингвистических лакун в головах студентов; что назначение букв для «витаминов» и имён для циклов жизни организации, как и последующее «узнавание» всего этого в реальности с приложением психологических техник, не есть управление изменениями. У подлинного управления изменениями организации другая реальность (Нонака с Такеучи тщетно пытаются это донести), другие инструменты, язык и, главное, другие результаты. Общеизвестное, массовое и уж тем более популярное не равно верное. Как там, кстати, поживают «построенные навечно» Коллинза? Вот то-то... Но толпа продолжает идти, не оглядываясь. Что же удивляться попыткам «переоткрыть заново» Хаммера и Чампи с их «Реинжинирингом корпорации»?

И вот мне кажется, что построить цифровую фабрику новичку будет проще не только потому, что он технарь, но и потому, что он уже переживал этот «восторг революции». Например, когда видел, как в пакете Pro/ENGINEER создаётся экскаватор, как он испытывается в виртуальной среде и там же раскладывается на детали до уровня чертежа. Он знает это имя – Самуэль Гейсберг – как бы на родине ни пытались его затоптать Parametric Technology Corporation и его создателе, бывшем преподавателе геометрии Ленинградского Университета я писала в 2001-м, одно упоминание тут тут.

Будет новичку проще, если он в прошлом построил хотя бы один «Домик Качества», если хотя бы слышал о Структурировании Функции Качества (QFD) как о некогда секретном оружии японских инженеров. Для любителей знать, не пропустили ли мы какой-нибудь поворот, прилагаю несколько ссылок по. (обратите внимание на даты выхода и публикации на нашем древнем портале «Управление Изменениями в компании»

http://markus.spb.ru/kase/qfd4.shtml

Ели вам удобнее оставлять комментарии в FB:

Комментариев нет:

Отправка комментария

Международная Гильдия Лидеров Перемен Kinsmark

Журнал-портал Гильдии

(с) Елена Маркушина. Любое цитирование материалов блога возможно только с указанием прямой видимой ссылки на первоисточник заимствования (для Интернет-ресурсов), а также с указанием имена автора и названия блога (для печатных изданий). Для заимствования текста длиной белее 2000 знаков необходимо разрешение автора.